• Narrow screen resolution
  • Wide screen resolution
  • Auto width resolution
  • Increase font size
  • Decrease font size
  • Default font size
  • default color
  • red color
  • green color
Настройки отображения экрана
НК № 18 (2013г.) Шанс (рассказ) Версия для печати Отправить на e-mail
Рейтинг: / 2
ХудшаяЛучшая 

 Эльмира Битаева — автор нескольких романов и многочисленных рассказов, большинство из которых уже издано. Несмотря на юный возраст девушки (ей всего 20 лет), в этом году она была принята в Союз писателей России.

Презентация книги Эльмиры Битаевой прошла два месяца назад. Молодой автор, завершив и издав один роман, уже планирует закончить следующее произведение.

Писать Эльмира  начала очень рано. Учиться всему пришлось самостоятельно. Критиками первых рассказов были родные девушки.

«Цена свободы», «Шанс» — названия произведений появляются спонтанно и неожиданно. Происходит это обычно после того как книга уже закончена. Ее герои, хоть и вымышленные персонажи, но имеют те же проблемы, что и современная дагестанская молодежь.

Произведения юного автора уже высоко оценили известные дагестанские прозаики и поэты.

Эльмира — студентка юридической академии. После ее окончания она решила поступать на литературные курсы в Москве, где учились самые известные писатели и поэты России.

 

Ночь была темная, как никогда.

Я бежала, плача, путаясь в платье… Пахло морем, бил прибрежный ветер и песок упрямо лип к мокрому лицу.

Меня окружала чернота и пустота. Я слышала шум волн где-то впереди, но громче в висках стучали слова: «Да кому ты нужна? Иди куда хочешь, хоть утопись!..»

От рыданий у меня уже хрипело внутри. Порывисто дыша, я продолжала бежать даже когда почувствовала под ногами холодную воду.

Волна… следующая... В ушах зашумело, кашляя, я вынырнула и стала отчаянно грести. Постепенно волны остались позади, перестало ощущаться каменистое дно.

…Эта ночь должна была оказаться последней в моей жизни.

«…утопись… утопись… утопись…»

От слез я не различала ничего вокруг. Мне никогда не было так страшно, но плыть назад я не собиралась.

«…утопись … утопись…»

Постепенно плечи отяжелели, и руки перестали подчиняться. Истошно выдыхая, я остановилась, и вода сомкнулась над моей головой. Я плавно опускалась ниже, ниже, ниже…

Страх оставил меня. И словно черные, холодные руки схватили за талию и потянули вниз, к самому дну, где должна была оборваться моя короткая жизнь.

Воздух кончился. Я обхватила лицо руками и стиснула зубы. Держалась изо всех сил, но вдруг мне стало так плохо, что, больше не контролируя себя, я поплыла обратно к спасительному воздуху. «Руки» на талии ослабли и, наглотавшись горькой воды, я снова оказалась на поверхности.

Меня окружало бескрайнее море. Море, которое я всегда любила...  которое принимало меня в самые тяжелые моменты… Я больше не плакала, а только озиралась по сторонам, как сумасшедшая, с одной лишь мыслью: «Почему я так поступаю?!»

Внезапная злость охватила меня. Нет, это не могло быть правдой. Я не могла решиться на подобное из-за глупой ссоры с ничего не стоящим человеком. Не могла, не могла, не могла...

Было сложно держаться на воде. Несколько раз я устало «проваливалась», но тут же ожесточенно выворачивалась и выплывала.

«Ненавижу! — презрительно думала я. — Ненавижу тебя за это». 

Но в душе понимала, что виноват был не он, не его слова, а именно я. Виновата в том, что убежала, расплакавшись. В том, что не ответила ему: «Топись сам!». Во всем, во всем была моя вина. И моя глупость.

Я знала, что отплыла достаточно далеко, что не разберу, в какой стороне берег. Я не хотела умирать, не хотела, чтоб мой труп нашли через несколько дней где-нибудь в Каспийске, как находили других потонувших. Теперь отчетливо понимала, что моя смерть ничего ему не докажет и абсолютно ничего не изменит. Но было поздно.

Неожиданно я различила что-то темное и высокое впереди. Слабая надежда придала мне сил, приближаясь, я стала присматриваться к глыбам, похожим на скалы. Это был маленький остров, заваленный камнями.

Стоило слизким водорослям коснуться моих ступней, как я завизжала и отпрянула. Совсем рядом блеснули чьи-то глаза и, издав странный звук, с плеском исчезли в воде.

Дрожа всем телом, я выбралась и припала к камням. Меня трясло от страха и холода. Я притянула колени к груди и, не мигая, уставилась перед собой. В море показалась и исчезла блестящая спинка.

«Всего лишь тюлень, — успокаивала я себя, — он больше не появится».

Странное фырканье повторилось. Я в ужасе обнаружила с десяток таких глаз вокруг себя и с криком вскочила. Животные встрепенулись, поспешили скрыться, и меня окатило беспорядочными брызгами.

Небо было непроглядным, безлунным. С волос падали крупные капли и, смешавшись со слезами, стекали дальше, по шее и плечам. Мокрое, ледяное платье облепило ноги, а ветер со злостью продолжал его обдувать. Сжавшись, я сбивчиво шептала слова молитвы. Я просила Всевышнего спасти меня или же забрать мою душу прямо сейчас, в эту же секунду. Но он словно не слышал меня, и я продолжала лежать на кривых камнях, одна в этой мертвой тишине…

…Сложно сказать, что произошло дальше. Казалось, я уснула, однако временами мне удавалось приоткрывать глаза и безнадежно закрывать их вновь. Так продолжалось долго, пока я не уловила слабый свет сквозь сомкнутые веки.

Это был мираж, или нет… По морю плыла лодка — маленькая с низкими краями. А внутри сидела женщина с такими длинными волосами, что концы касались воды. Я ясно видела эти плывущие, как поплавки, пряди. Она смотрела куда-то вдаль и держала в руке лампу.

В страхе так и остаться незамеченной, я медленно приподнялась. Мышцы свело незнакомой мне болью, и все собранное тепло вмиг улетучилось. Я ощутила себя такой жалкой и беззащитной, что захотелось снова свернуться и зажмуриться. Женщина повернула голову и заметила меня.

— Помогите, — сказала я одними губами.

Лодка остановилась у самого островка. Свет упал на камни, и я брезгливо различила длинный рыбий хребет с высохшей, полурастерзанной головой.

— Довезите меня до берега, пожалуйста…

Она улыбнулась и протянула руку. Глаза у нее были узкие-узкие, обрамленные темными густыми ресницами, а губы имели природный темно-вишневый цвет.

Одной рукой я ухватилась за ее пальцы, другой — за деревянный край лодки и оказалась внутри. Дно чуть опустилось, но по-прежнему держалось на плаву.

Женщина встала, достала весла и оттолкнулась. Затем села и неспешно загребла. Волны мирно качали нас из стороны в сторону.

— Вы… рыбачите… так поздно?.. — тихо спросила я, глядя на сложенные сети. — Мое счастье… что проплывали… близко… Иначе…

Свет лампы погас. Я замолкла и подняла на нее глаза.

…Море пело, и невозможно было этого не услышать…

— Иначе… неизвестно, что со мной случилось бы.

Лодка медленно несла нас; вдруг вдалеке показались огоньки корабля.

— Бедный моряк,

Он любит море,

И одинок,

И одинок… — задумчиво напела я, смотря на огоньки. — Мой папа работал на корабле. Когда он уходил в плаванье, мы с мамой приходили на берег и долго-долго смотрели на воду… Если на горизонте появлялся корабль, я радостно обнимала маму и спрашивала: «Это папа? Это папа?». Но тут слышалось далекое, протяжное гудение, и больше не оставалось сомнений, что именно он подает нам сигнал.

Она смотрела на меня. Я тоскливо улыбнулась и облокотилась на скрипящий борт.

— Еще помню кольцо… Такое тонкое, без камней. Я держала маму за руку и спрашивала, почему у других так много украшений, а у нее одно. А она улыбалась и называла своими главными украшениями нас с папой. Тогда я не понимала… Обещала, что вырасту и куплю маме столько золота… Будут у нее и серьги, и кулоны. И много-много разных колец… Топазовый браслет — первое, что я купила. И променяла на ремонт машины, которую он одолжил у друга и разбил по пьяни…

Вскоре пропал из виду и красный огонек корабля.

— Какой бред, — прошептала я, почти что плача. — Что я наделала?! Как стыдно это говорить… Но я никого не слушала… Нашла человека без сердца и вверила ему свою судьбу…

Мне вспомнился сегодняшний разговор, все детали, каждое слово.

— Я и сама знала, что ничем хорошим это не закончится… во всяком случае, для меня. Нервы, слезы, нервы, слезы... Учебу забросила, мечту о красном дипломе… До сих пор поражаюсь, как может один человек так забить голову?! Но никогда не поздно начать все сначала, правда ведь?

Женщина сочувственно слушала, и в ее глазах было столько жалости, что мне стало стыдно за свое откровение. Море по-прежнему пело о чем-то своем и нежно убаюкивало мое разгорячившееся сознание.

— Всегда думала, что ночное море ужасно. А теперь впервые вижу, какое оно прекрасное…

Весла с легким шелестом прорезали гладь. Женщина смотрела то в темноту, то на меня, и с ее губ не сходила милая, теплая улыбка. Ветер обходил нашу лодку стороной, будто прочуяв, что мне больше нечего бояться. Было хорошо, как в бархатный, летний вечер.

Я поудобнее примостилась к краю и прикрыла глаза.

— Спасибо тебе… за подаренный шанс. Там, на берегу, все изменится. Я знаю. Я верю в это…

***

Кто-то легко коснулся моего плеча. Я даже вспомнила детство, когда меня будили в школу. Но здесь надо мной был не потолок, а чистое, голубое небо.

— С тобой все нормально?

— Да… — ответила я голосу.

— Тогда, может, встанешь?

Песок. Я подскочила, стала отряхивать грязное платье. Возле меня на корточках сидел незнакомый человек в яркой футболке и шортах. В нескольких метрах прибывали и вспенивались волны.

— А давно… я тут лежу?

— Не знаю. Как увидел — бегом сюда. Думал, неживая. Я работаю спасателем, — пояснил он.

Я опешила:

— Не видели, со мной была женщина на лодке? Она подобрала меня ночью, а потом… пропала куда-то.

Парень помолчал, затем неожиданно заинтересовался:

— А как она выглядела?

Я описала и ее, и все, что запомнила из нашей встречи.

Наступила продолжительная пауза.

— Не знаю, поверишь ли… — сказал он серьезно. Несколько месяцев назад молодая пара из пригорода взяли у меня лодку. Они отплыли в ночь и пропали. Мужчину подобрали через несколько дней, а женщину — нет. Родные ищут ее тело до сих пор.

Затаив дыхание я обернулась к морю. Вдалеке волны сливались в темные полосы, напоминающие длинные пряди знакомых волос.

— В двух шагах расположено наше бунгало.  — Парень придал голосу живости, разгоняя накалившуюся тревогу. — Эта такая старая хибара, где можно переодеться и поесть.

— Нет, мне бы просто…

— Пойдем. Спросим у девушек, что бы тебе надеть. Когда я уходил, как раз готовили завтрак.

Я задумчиво отвела глаза от горизонта и вдруг поймала на себе его взгляд.

— Гостей здесь встретишь нечасто, — улыбнулся он. — Кстати, меня зовут…

 

Добавить комментарий

Не допускается нецензурная речь, оскорбления авторов статей и владельцев сайта

Защитный код
Обновить

< Пред.   След. >

Опросы

Ваша оценка киносценария "Аланский Стратиг"

Внимание

Редакция газеты «Народы Кавказа» доводит до сведения читателей о том, что на 2 полугодие 2015 года и 1 полугодие 2016 года подписка на нашу газету будет осуществляться только через Редакцию газеты. Подписка через «Межрегиональное Агентство» и «Агентство подписки и розницы» не производится.

Календарь

 November 2018 
MoTuWeThFrSaSu
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930   

Экспорт новостей